Если Вы заметили какие-то погрешности в тексте, опечатки,

если Вас заинтересовала какая-то тема или конкретная статья, напишите пожалуйста.

Я буду благодарен Вам за отзыв по любым содержательным или техническим вопросам.

С уважением

Автор

Статья опубликована, предлагаю pdf для удобства цитирования: Анисин А.Л. Светская духовность и гуманизм: к смыслу понятий // Гуманизм и современность: материалы международной научно-образовательной конференции (8-9 ноября 2013 г.) / под ред. Т.М. Шатуновой. – Казань: Казан. ун-т, 2013. – С. 403-411.

 

СВЕТСКАЯ ДУХОВНОСТЬ И ГУМАНИЗМ: К СМЫСЛУ ПОНЯТИЙ

 

О светскости вообще и о светской духовности в частности говорят теперь много, в том числе и при обосновании принципов светского гуманизма. Нам представляется необходимым прояснить истоки и смысл названных понятий, светскости, прежде всего.

Светский характер государственности закреплен в Конституции России и этот факт часто упоминается в дискуссиях, касающихся места и роли религиозных объединений в общественной жизни. Поскольку понятие «светскости» имеет именно юридические и политические корни, полезно будет начать именно с них. В качестве материала для осмысления юридического понятия светскости можно было бы взять законодательство любой цивилизованной страны. Мы обратимся к отечественной юридической традиции. Статья 14 Конституции России, которая устанавливает светский характер государства как норму, по своему построению и смыслу полностью аналогична предыдущей статье, устанавливающей в качестве нормы идеологическое многообразие. Процитируем:

«Статья 13

1. В Российской Федерации признается идеологическое многообразие.

2. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной.

3. В Российской Федерации признаются политическое многообразие, многопартийность.

4. Общественные объединения равны перед законом.

5. Запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни.

Статья 14

1. Российская Федерация – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной.

2. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом».

Как мы видим разница в построении этих статей только в том, что в 13 статье разведено в две части то, что соединено в части 1 ст. 14. Кроме того, ч. 3 ст. 13 дублирует принцип идеологического многообразия утверждением многопартийности. Наиболее существенным отличием 13 и 14 статей является наличие в ст. 13 части 5, которая объявляет вне закона некоторые общественные объединения, перечисляя квалифицирующие признаки. Аналогичной запретительной нормы относительно религиозных объединений ст. 14 Конституции не устанавливает.

Параллелизм этих двух статей особенно очевиден для светского сознания. Религиозное мировоззрение, конечно, может видеть принципиальную разницу между простым объединением людей по интересам (экономическим, политическим, эстетическим, спортивным и т.д.) и объединением перед лицом Бога (или иначе понимаемых «высших сил») их для совместного служения Ему (или «силам»), для целей так или иначе понимаемого спасения. Но с позиций светского подхода принципиальной разницы между объединением религиозным и нерелигиозным не существует. Поэтому, кстати, несмотря на отсутствие в Конституции прямой нормы о запрете некоторых религиозных объединений (отсутствия, явно вызванного боязнью нарушить принцип религиозной терпимости), в том случае, если религиозное объединение займется деятельностью, направленной «на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни», то не только эта деятельность будет пресечена, но и само религиозное объединение подвергнется запрету. Федеральный закон «О свободе совести и религиозных объединениях» прямо декларирует: «Запрещаются создание и деятельность религиозных объединений, цели и действия которых противоречат закону» [1], а статья 14 данного закона регламентирует порядок приостановления и запрета деятельности религиозного объединения и ликвидации религиозной организации по целому ряду оснований.

Таким образом, можно констатировать, что принцип светскости государства полностью аналогичен принципу идеологического многообразия. Смысл светскости заключается в том, что государство не отождествляет себя ни с какой религией и допускает многообразие форм религиозной жизни. Вопрос о том, может ли при этом государство сотрудничать с религиозными объединениями и организациями, решается в этом случае однозначно. Именно принцип светскости открывает возможность такого сотрудничества и в какой-то мере предполагает его. Ведь именно для светского государства не существует принципиальной разницы между объединением религиозным и объединением нерелигиозным, – поэтому сотрудничество с гражданским обществом автоматически предполагает сотрудничество в том числе и с религиозными объединениями. Разумеется, что направления и масштабы этого сотрудничества определяются представительностью и социальной значимостью того или иного общественного (в том числе – религиозного) объединения.

Светскость государства означает, что оно в своих действиях ориентируется целиком на «свет», – в том значении этого слова, которое раскрывает В.И. Даль: «Вселенная, мир, земля наша, шар земной» [2, с. 245]. Светское государство сознательно отказывается от того, чтобы каким бы то ни было образом связывать свою деятельность с решением религиозных задач, и обращает все внимание на дела «земли нашей», в пределе – «шара земного», – может быть, даже и Вселенной, – но уж никак не на перспективу «Царства Небесного» (или рая, нирваны, сатори и т.д.). «Светский», согласно тому же словарю В.И. Даля, это «земной, мирской, суетный; или гражданский» [2, с. 248]. Если опустить специфическое оценочное значение «суетный», то смыл светскости раскрывается здесь коротко и ясно.

Что же такое «светская культура»? Исходя из сказанного, – это культура земная, мирская, гражданская. Светская культура не ставит себе религиозных задач, не связывает себя жестко с определенной религиозной практикой – таков ее определяющий признак. Однако при этом ничто не мешает светской культуре иметь религиозную обусловленность. Этот последний тезис нуждается в пояснениях и аргументации.

Прежде всего, стоит обратиться к фактам. Преследовал ли Ф.М. Достоевский религиозные цели, когда писал свои произведения? То есть, – мотивировано ли его творчество интересами религиозного культа? – Разумеется, нет. Имеют ли эти произведения и само его творчество религиозную обусловленность? – Несомненно.

Имеют ли сказки Ганса Христиана Андерсена христианские корни? – Несомненно. Присутствует ли в этих сказках конфессиональная ограниченность, вписаны ли жестко эти сказки в контекст специфической религиозной практики? – Разумеется, нет.

То же самое можно было бы сказать о многих произведениях искусства, – будучи, несомненно, явлениями светской культуры, они часто, столь же несомненно, были вдохновлены вполне определенной религиозной традицией. Для тех ученых, которые стояли у истоков новоевропейской науки, – для Галилея, Коперника, Ньютона, Кеплера, Декарта, Паскаля и многих других их научные изыскания были во многом продолжением их религиозных убеждений, однако наука, которую они создали, несомненно является важной частью именно светской культуры.

Более того, даже те явления, которые явно принадлежат к сфере религиозной (церковной, например) культуры, вполне могут быть рассмотрены со светской точки зрения, в контексте светской теории и истории культуры [см. напр. 3]. Также как светское государство рассматривает религиозные организации как разновидность общественных объединений, абстрагируясь от их специфически религиозных задач, так и светский культуролог рассматривает религиозные явления в чисто земной плоскости, наряду с другими явлениями общественной жизни. Он абстрагируется от собственно религиозной значимости соответствующих явлений культуры и сосредотачивается на их земной, мирской (как правило общественной) значимости.

С другой стороны, П.П. Бажов, например, писал свои «Сказы» как вполне светское произведение, однако возникшая в начале 1990-х годов в г. Челябинске неоязыческая секта «бажовцев» рассматривает их как некое «священное писание», переводя художественные образы и сюжеты в область религиозной практики и религиозной культуры [4].

Таким образом, распространенное противопоставление светской и религиозной культуры, как независимых друг от друга явлений, не вполне корректно. С гораздо большим основанием можно говорить о их неразрывной связи, а также о том, что светская культура возникает как продукт обмирщения религиозного сознания. Когда-то, конспектируя Гегеля, основоположник советской философии отметил у него такие слова: «Нет (курсив Гегеля) ничего ни на небе, ни в природе, ни в духе, ни где бы то ни было, что не содержало бы вместе и непосредственности и опосредствования…» Комментарий к этим словам был следующий: «1) Небо – природа – ДУХ. Небо долой: материализм» [5, с. 92]. Именно по этой схеме – «небо долой» – из религиозной культуры формируется светская. При таком вынесении «неба» за скобки что-то, несомненно, теряется, но что-то и приобретается. Приобретается особая мобильность, гибкость, свобода и многообразие форм, но теряется, возможно, главное…

Что же, наконец, представляет собой «светская духовность»? Прежде чем сформулировать собственную позицию, поинтересуемся, как определяют «духовность» вообще и светскую в частности те, кто активно использует это понятие. Вот очень характерное определение: «Духовность – это стержень внутреннего мира человека, результат проявления его воли к власти над собой, что обеспечивает возможность смотреть на мир по-иному, чувствовать его по-другому, принимать активное участие в его конструктивном преобразовании с ориентиром на обеспечение блага, сохраняя совесть и честь, чувство солидарности и справедливости» [6, с. 113]. Эти красивые слова создают ощущение, но не дают понимания. А между тем они выделены в тексте в отдельный абзац и напечатаны полужирным шрифтом, – то есть мы имеем дело именно с базовым определением, на основе которого предполагается строить концепцию «светской духовности», но которое… работает только в том случае, если понимать его религиозно.

Рассмотрим по порядку. Корневые слова этого определения представляют собой поэтическую метафору: «Духовность – это стержень внутреннего мира человека». Для человека уже имеющего представление о духовности, здесь звучит определенная мысль (о том, что духовность – она где-то очень глубоко и на ней все держится), но для того, кто хочет понять, что же автор имеет в виду под духовностью, здесь не сказано ничего. Ничего не говорится и дальше. «(Она есть) результат проявления его (человека) воли к власти над собой», – но в чем же состоит этот результат, то есть, что же такое она есть, эта духовность, вот в чем вопрос. Ее свойства описываются очень туманно: «(Она же) обеспечивает возможность смотреть на мир по-иному, чувствовать его по-другому», – но что же значит «смотреть по-иному и чувствовать по-другому», а раньше – как смотрел? Духовность, как сказано, обеспечивает также возможность «принимать активное участие в его (мира) конструктивном преобразовании с ориентиром на обеспечение блага», но почему же без нее нельзя этого делать? Возможно, автор имеет в виду, что духовность нужна не просто для преобразования мира и обеспечения блага, но и для того, чтобы делать это, «сохраняя совесть и честь, чувство солидарности и справедливости». Но тогда остается вопрос, – откуда возьмутся «совесть и честь, чувство солидарности и справедливости», чтобы потом их при помощи духовности сохранять. Да и самый главный вопрос остается, – что же такое духовность, которая так глубока, так нужна и так возвышенна?

Если духовность понимать с религиозных позиций, то на все эти вопросы можно дать внятные ответы. Если же «небо долой» и, таким образом, вся действительность без остатка укладывается в диалектику природно-социальных сил, то вся «духовность» неизбежно сводится, в конечном счете, к разуму, то есть, к функции приспособления и выживания [см. напр. 7]. Если понимать духовность человека без всякого соотнесения с «небом», то понимать ее можно только на основе имманентной логики материального мира. Показательно, что в Большой Советской энциклопедии статьи «Духовность» просто нет (несмотря на огромный объем и всеохватывающий характер этого издания), а помещенная в ней статья «Дух» заканчивается констатацией: «В марксистской философии понятие дух употребляется обычно как синоним сознания» [8]. То есть, слово «дух» является для марксистской философии (позволим себе добавить: как и для любого вообще мировоззрения отрицающего реальность и первичность трансцендентного бытия) всего лишь мифологическим пережитком. Оно может употребляться только как поэтическое обозначение того, для чего существует точный научный термин: «сознание». Сознание же в рамках этого подхода нельзя рассматривать иначе, как «как функцию мозга, как отражение объективного мира, необходимую сторону практической, материальной деятельности человека» [9]. И при последовательном проведении этой линии мысли (если хватит честности и смелости) неизбежен логический вывод: «Разум для человека – инструмент выживания. Для выживания человека необходимо освободить тех, кто думает, от тех, кто не думает» [10]. Таков неизбежный финал отрыва духовности от ее логических и онтологических истоков.

Светская духовность, несомненно, существует, как существует и светская культура, как существует вообще «светская жизнь». Все эти вещи возникают в том случае, когда человек, образно говоря, опускает глаза с небес на землю, – когда он погружается в мир культуры, созданный духовным творчеством многих поколений людей, отвлекаясь от того первоистока, который это духовное творчество имело. Мир культуры оказывается при этом так сильно пропитан, так сильно заряжен творческим духом его создателей, что этой накопленной внутренней духовности культуры может вполне хватать для духовной жизни человека и для его собственного духовного творчества. Создается даже иллюзия того, что духовность является каким-то особым внутренним свойством не только культуры, но и самой материальной природы, что никаких «небес» не требуется для духовной жизни, что это только отсталые невежественные предки нуждались в каких-то «религиозных сущностях», порожденных слабостью ума и силой фантазии и ставших объектом унизительного поклонения. Как пишет один из пропагандистов «просвещенного атеизма и светской духовности», «достигшие этого уровня сознания люди, став просвещенными атеистами, чувствуют себя ментально, нравственно значительно выше по сравнению с остальными, отставшими в своем развитии членами общества» [11].

Однако этим мечтателям, «чувствующим себя ментально, нравственно значительно выше по сравнению с остальными», а особенно по сравнению с «невежественными» религиозными предками, не мешало бы вспомнить и понять, что вся та духовность, которая питает их самолюбие, создана именно верующими людьми и по религиозным мотивам. Особенную значимость имеет это обстоятельство при разговоре о гуманизме, который явился в истории продуктом секуляризации христианского сознания. Когда мыслители Возрождения, по употребленному выше выражению «опустили взгляд с небес на землю» и обратили его в частности к античной культуре, этот взгляд был уже давно и глубоко воспитан христианством. Можно, конечно, видеть предпосылки гуманистического мировоззрения и в древнегреческой философской мысли, и в буддизме, и у Конфуция и Махатмы Ганди, однако видеть их можно только христианским взглядом. Современный светский гуманизм, несомненно, представляет собой одно из наиболее ценных достижений европейской цивилизации и уже оказал существенное благотворное воздействие на весь мир, однако он не самодостаточен.

Светская духовность (и светский гуманизм) представляет собой накопленное духовное содержание культуры, а также деятельность основанную на этом содержании и ориентированную на это содержание. В том случае, если светская духовность и в целом светская культура не отрицают трансцендентного основания и религиозного истока человеческого духа, они могут быть вполне состоятельны и плодотворны в своей сфере деятельности. Но полный принципиальный разрыв с религиозными первоначалами и противопоставление себя им неизбежно приводит светскую культуру к нравственной деградации и творческому бесплодию, а светскую духовность превращает в идеологию потребления и извращений. Гуманизм при этом способен очень быстро и радикально перерождаться в агрессивный антигуманизм. Подобные утверждения в устах мыслителей прошлого звучали еще только грозным предупреждением, в начале XXI века они – просто констатация факта.

«Ум, отступивший от Бога, – пишет со свойственной ему силой св. Григорий Палама, – становится или скотским, или бесовским» [12], и люди знали это всегда. Но современность – с ее маниакальной рекламой, индустрией развлечений, пропагандой педерастии и абортов, с ее извращенной финансовой системой и циничной политикой, направленной на разжигание гражданских войн и этнических конфликтов ради «идеалов демократии» – представляет собой уже вполне научное доказательство высказанной мысли. Ведь, как пишет уже цитированный автор, «XXI в. и далее – это время массового, все более возрастающего перехода человечества к просвещенному атеизму и светской духовности» [11]. Речь, действительно, идет не об отельных эксцессах, речь – о мировой тенденции: «атеизм в мировом масштабе увеличивается количественно, крепнет организационно и возрастает качественно» [11], и при этом люди, которые «чувствуют себя ментально, нравственно значительно выше по сравнению с остальными, отставшими в своем развитии членами общества» [11], теряют последние остатки здравого смысла и человеческого достоинства. Можно сколько угодно говорить о том, что встречаются высоконравственные атеисты и что у верующих людей тоже имеются нравственные пороки, но остается научным фактом то, что массовый переход к атеизму сопровождается массовым нравственным одичанием.

Тревожным симптомом является то, что нынешний «светский гуманизм», по сути, отождествляет себя с атеизмом. Согласно определению, приведенному в Уставе Международного гуманистического и этического союза, «гуманизм … не теистичен и не принимает "сверхъестественное" видение реального мира» [13]. А по определению Американской ассоциации гуманистов, «гуманизм – это прогрессивная жизненная позиция, которая без помощи веры в сверхъестественное утверждает нашу способность и обязанность вести этический образ жизни в целях самореализации и в стремлении принести большее благо человечеству» [13].

Светская культура и светская духовность, вдохновляющая светский гуманизм, для того чтобы быть достойными звания настоящей культуры и настоящей духовности, должны противопоставлять себя атеизму и черпать свое вдохновение не только в уже накопленных человечеством духовных богатствах, но и – хотя бы частично – напрямую в первоистоке духа. А без этой внутренней духовной опоры на религиозный опыт и все культурное наследие не пойдет человеку впрок, будет им не востребовано или опошлено и извращено, – обратится против основ человечности.

 

1. О свободе совести и религиозных объединениях: федер. закон от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ: ред. от 01 июля 2011 г. – ч. 4 ст. 6. // Правовая система «Референт». URL: http://www.referent.ru/1/2291 (Дата обращения 25.04.2013).

2. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: Современное написание: в 4 т., Т. 4, Р-Я. – М.: АСТ; Астрель, 2002. – 1152 с.

3. Медведев А.В. Библия как памятник культуры : учебное пособие по программам бакалавриата и магистратуры. – Екатеринбург : Изд-во Урал. ун-та, 2012. – 371 с.

4. Новые религиозные организации России деструктивного и оккультного характера: Справочник. – С. 141-144. // Православие и современность. Электронная библиотека. URL: http:// lib.eparhia-saratov.ru/books/noauthor/destruction/destruction.pdf (Дата обращения 25.04.2013).

5. Ленин В.И. Полное собрание сочинений, Т. 29. – 782 с.

6. Безукладова Л.В. Светская духовность и ее праксиологическое измерение // Культура народов Причерноморья: Научный журнал. – 2011. – № 212. – с. 113-116.

7. Разум как инструмент выживания вида и духовного развития // PSYSTAN. URL: http://www.psystan.ru/blog/razum_kak_instrument_vyzhivanija_
vida_i_dukhovnogo_razvitija/2010-03-29-332 (Дата обращения 25.04.2013).

8. Дух // Большая Советская энциклопедия. URL: http://bse.sci-lib.com/article035091.html (Дата обращения 25.04.2013).

9. Сознание // Большая Советская энциклопедия. URL: http://bse.sci-lib.com/article104147.html (Дата обращения 25.04.2013).

10. Айн Рэнд. Концепция эгоизма (моральность индивидуализма) // Великие слова. URL: http://greatwords.ru/author/236/ (Дата обращения 25.04.2013). Книга издана: Айн Рэнд. Концепция эгоизма. – СПб.: Ассоциация бизнесменов Санкт-Петербурга, 1995. – 128 с.

11. Кондрашин И. Духовность светская как высшая стадия духовности религиозной // Атеистический сайт. URL: http://www.ateism.ru/article.htm?no=2015 (Дата обращения 25.04.2013).

12. Василий (Кривошеин), архиеп. Аскетическое и богословское учение св. Григория Паламы // Слово: образовательный портал. URL: http://www.portal-slovo.ru/theology/37594.php (Дата обращения 25.04.2013).

13. Гуманизм // Википедия. URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/Гуманизм (Дата обращения 25.04.2013).