Если Вы заметили какие-то погрешности в тексте, опечатки,

если Вас заинтересовала какая-то тема или конкретная статья, напишите пожалуйста.

Я буду благодарен Вам за отзыв по любым содержательным или техническим вопросам.

С уважением

Автор

ПАТРИОТИЗМ В СИСТЕМЕ ДУХОВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ ХРИСТИАНИНА

(выступление на круглом столе в Димитриевскую субботу, г. Тобольск, 28.10.2017 г.)

 

Тема патриотизма звучит в последние годы достаточно мощно. По моему мнению, такое положение вещей вполне естественно. Однако стоит прислушаться и к тем голосам, которые недовольны тем, что «государство будет учить нас любить Родину». Прислушаться надо не для того, чтобы менять убеждения, а для того, чтобы глубже понять настоящий смысл патриотизма.

Люди, выражающие опасения по поводу патриотического тренда, видят в нем опасность тоталитаризма. «Личность – ничто, государство – всё», – вот куда, по их мнению, ведет накачивание патриотической темы. И если к этому, действительно, ведет подъем патриотических настроений, то против него совершенно необходимо протестовать. То, что он при определенных условиях может туда привести, – это очевидно.

Нет такой высокой и святой вещи, которую нельзя было бы извратить. Любовь вообще и любовь к Отечеству в частности – самая высокая вещь и на земле, и на небе. Извращения в этой сфере бывают хуже всего.

Прежде всего, необходимо задаться вопросом: а что же такое Родина? Родные пейзажи и родные люди, государственность и ее атрибуты могут символизировать Родину, но ею не являются.

Сама Родина это слишком глубокое и слишком масштабное понятие в жизни человека, чтобы его можно было определить в однозначных дефинициях. Может быть, надо сказать так: Родина это то, откуда вырастает человеческое бытие, это та почва, – историческая, культурная, природная, социальная, семейная почва, куда человек уходит своими корнями.

Человек ведь не в готовом виде с неба падает, – он становится самим собой, укореняясь в мире. Человек вырастает и раскрывается как человек только, напитавшись из этой почвы Родины.

Нельзя быть полноценным человеком, не испытывая благодарности родителям и Родине. Но человек – это больше, чем просто средство продолжения родовой жизни, человек есть образ и подобие Божие и ценность его души, его личности первостепенна. Единственное, что по-настоящему важно во всех мировых процессах, во всех грандиозных исторических событиях и во всей безбрежности житейских мелочей, – это то, что происходит с душой конкретного человека.

 

Если жертвенное служение Отечеству является для человека свободным подвигом, раскрывающим и созидающим настоящую высоту его личности, – такой патриотизм свят.

Если преданность коллективным интересам народа нивелируют и обезличивает личность человека, то такой патриотизм имеет сатанинский характер.

Не должна быть Родина чем-то внешним для личности, – ни таким внешним, которое подавляет личность, ни таким внешним, которое обслуживает интересы личности. Между личностью человека и его Родиной существует живая внутренняя связь. Любовью к Родине созидается личность. И именно в этом созидании личного достоинства каждого человека состоит весь смысл исторического бытия народа и всех тех культурных богатств, которые он производит.

Существует, конечно, и естественная привязанность человека к привычной среде обитания. В некотором смысле эта привязанность является психологической предпосылкой патриотизма, но сам патриотизм есть духовное явление. Родина в своем настоящем смысле может быть воспринята только живым и непосредственным духовным опытом личности.

Патриотизм, конечно, тесно связан с национальным сознанием. Каждая нация имеет свой самобытный духовный облик, который формируется из опыта жизни многих поколений, из их взаимоотношений с природой и Богом, друг с другом и с другими народами. Истинный представитель народа есть одновременно истинный патриот, то есть человек, любящий в своем народе не всё подряд, а именно то, что поднимается на уровень настоящей духовной культуры. Общечеловеческие ценности открываются человеку только в том случае, если он сумеет постигнуть те глубины духа своего народа, которые понятны и дороги всем векам и другим народам. Истинный патриот есть патриот духовный, который основывает свою жизнь не просто на инстинкте национального самосохранения, но, прежде всего, на устремленности к духовной высоте, который любит не просто родное и свое, – но родное‑великое и свое‑священное.

Какое же место занимает патриотизм в системе духовных ценностей христианина? Вопрос этот не так прост. Евангелие говорит не о любви к Родине, а о любви к ближнему. Оно зовет человека не к обеспечению блага и величия земного Отечества, а к обретению сокровища на небесах. Естественные же узы родства должны при этом отступить на второй план перед верностью Христу и Его заповедям. «И враги человеку – домашние его. Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:36-37). Та же мысль в Евангелии от Луки выражена еще острее: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником (Лк. 14:26). Разумеется, Христос не учит разделению, вражде и ненависти. По словам Златоуста, «единомыслие не всегда бывает хорошо; и разбойники бывают согласны. И так брань была следствием не Христова определения, а делом воли самих людей». Но в приведенные евангельские слова необходимо вдуматься.

Далеко не единственным, но вполне возможным пониманием этих слов является отнесение их не только к семье, но и вообще к естественным корням человеческой жизни, к Родине. Ради Христа можно и порой нужно пожертвовать естественной любовью к тому, что является для тебя родным. Естественная любовь к родителям и Родине – вещь очень высокая и дорогая для человека, но Христос – выше. Смысл той жертвы, о которой идет речь именно в том, что мы жертвуем самым высоким из всего земного ради абсолютно значимого, – ради Бога.

Поэтому патриотизм для христианина является очень высокой ценностью, но никак не абсолютной. Даже патриотизм духовно просвещенный, то есть ориентированный на святое и вечное в родной культуре есть в некотором смысле иконопочитание, в котором честь, воздаваемая священному образу, должна адресоваться Первообразу.

Нелишне будет вспомнить и то, что толпа, кричавшая «Распни, распни Его!», была недовольна именно отсутствием патриотизма в Том, Кого она хотела уже сделать своим царем. Долгожданному мессии эта толпа вменяла в обязанность именно патриотические деяния: освобождение страны от оккупантов и прославление богоизбранного народа земным его величием.

Для верного определения места патриотизма в системе духовных ценностей христианина очень показателен пример равноапостольного Николая Японского. Уже четыре десятка лет он служил и проповедовал в Японии, когда началась русско-японская война. Вот его слова, сказанные в связи с этим.

«Сегодня по обычаю я служу в соборе, но отныне впредь я уже не буду принимать участия в общественных богослужениях нашей церкви... Доселе я молился за процветание и мир Японской империи. Ныне же, раз война объявлена между Японией и моей родиной, я, как русский подданный, не могу молиться за победу Японии над моим собственным отечеством».

Святитель благословил японских христиан на исполнение их патриотического долга, но напомнил им о том долге, который выше: «Кому придется идти в сражения, не щадя своей жизни, сражайтесь - не из ненависти к врагу, но из любви к вашим соотчичам... Любовь к отечеству есть святое чувство... Но кроме земного отечества у нас есть еще отечество небесное... Это отечество наше есть Церковь, которой мы одинаково члены и в которой дети Отца Небесного действительно составляют одну семью».

Хорошо было бы закончить выступление именно на этих словах святого Николая, но мне хочется добавить еще одно важное, на мой взгляд, уточнение.

Как это ни покажется странным, патриотизм, и особенно в духовном своем измерении, является по преимуществу принадлежностью мирного времени. Жить любовью к Родине человеку необходимо, прежде всего, в повседневном выстраивании своей мирной жизни.

Попадая же на войну, даже вне зависимости от того, на какую, человек очень скоро начинает воевать не за Родину и даже не за родных людей, оставшихся далеко. На войне солдат воюет, прежде всего, за тех товарищей, которые переносят весь ужас войны рядом с ним. Он воюет за своих ближних именно в евангельском смысле этого слова, за тех, кто прямо здесь и сейчас нуждается в нем.

Высшая нравственная заповедь воина звучит так: «Сам погибай, а товарища выручай!» Только таким образом, спасая товарища, жертвуя собою ради него, можно остаться на войне человеком. При всем уважении к высокой значимости патриотизма призыв: «Сам погибай, а Родину защищай», – звучал бы кощунственно. О Родине помнить надо, надо жить ею и любить ее, но высшая мера любви – «если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15:13).