§ 5. Профессиональная нравственная деформация сотрудника органов внутренних дел

 

Служебная деятельность сотрудника полиции не только требует от него обладания высокими профессионально-нравственными качествами, но и представляет собой нравственно травмирующий фактор. Также как у врача всегда существует профессиональный риск заразиться инфекциями, от которых он лечит людей, у сотрудника органов внутренних дел имеется риск перенять что-то от тех людей, от которых он защищает общество.

Как врач может с годами черстветь и «выгорать», превращаться в циника, непрерывно видя по роду своих профессиональных занятий болезни и страдания, так и сотрудник органов внутренних дел может под влиянием опыта своей профессиональной деятельности и нелегких условий службы со временем терять ясное сознание нравственных ориентиров службы, приобретать искаженные понятия о жизни вообще и о службе в частности. Это явление называется профессиональной нравственной деформацией личности сотрудника.

Сотрудник органов внутренних дел должен осознавать опасности, связанные с его ежедневным соприкосновением с различными формами социального и нравственного зла, прикладывать сознательные целенаправленные усилия для того, чтобы сохранить высокие нравственные ориентиры служения закону. Профессионализм сотрудника органов внутренних дел предполагает, с одной стороны, – как и любая профессиональная деятельность – наработку опыта, требует «погружения в практику», но, с другой стороны, столь же настойчиво требует противостоять нравственно деформирующему влиянию той среды, с которой ему приходится соприкасаться. Нельзя забывать о том, что опыт профессиональной деятельности, являющийся одной из важнейших основ совершенствования профессионализма, способен в данном случае, напротив, расшатывать нравственные основы службы, искажать понятие о служебном долге и приводить к морально недостойному поведению.

Профессиональная нравственная деформация выражается, прежде всего, в правовом нигилизме, в пренебрежительном отношении к требованиям закона. Именно защищая интересы закона, человек имеет соблазн возомнить, что на него самого требования закона не распространяются в полной мере. Мысль о том, что ради конечного торжества закона можно отступить от некоторых, кажущихся формальностью требований закона, – весьма опасна. «Пренебречь мелочами, чтобы добиться главного», – такой принцип порочен, если речь идет о служении закону. Тем и отличаемся мы от преступника, что для нас требования закона являются безусловными. Это преступник «позволяет себе», отступить от закона для достижения своих целей, а мы не имеем права отступать от закона, – даже ради «благих целей» противодействия преступности. Если человек встает на этот скользкий путь пренебрежения законными «формальностями», то очень скоро он скатывается к тому, чтобы считать себя мерилом законности и справедливости и подменять требования закона своим личным мнением. Начав со стремления любыми, даже не вполне законными средствами обеспечить торжество закона, человек логично приходит к утверждению, что «закон – это я». Это является крайней степенью профессиональной нравственной деформации и, по существу, превращает сотрудника органов внутренних дел в преступника живущего «по понятиям» или даже «по беспределу».

В процессе профессиональной нравственной деформации у человека искажаются представления о смысле служебной деятельности, точнее сказать, – истинный её смысл подменяется ложным. Высшим нравственным смыслом службы в органах внутренних дел является защита человека, его жизни и здоровья, чести и личного достоинства, неотъемлемых прав и свобод. Искажения этого смысла могут быть разными. Только что было сказано о том, что, защищая интересы закона, человек имеет соблазн возомнить истинным мерилом законности и справедливости, и из того факта, что он призван активно бороться с различными формами социального зла, сделать вывод о собственной непогрешимости и неподсудности. В этом случае представления о нравственном смысле служебной деятельности становятся превратными: главной целью становится уже не защита человека, его жизни, здоровья, чести, достоинства, прав и свобод, а подавление любыми средствами «врагов», то есть тех, кто заранее признан виновным, осужден и приговорен еще до всякого законного суда на основании личных мнений и понятий сотрудника. Не защитить правопорядок и законные интересы граждан, а посадить (или иным способом наказать) преступника, – вот что становится главной целью, и от этой незначительной, на первый взгляд, смены приоритетов меняется в негативную сторону весь характер служебной деятельности.

Принцип товарищества, как одна из нравственных основ служебной деятельности, также вырождается в ходе профессиональной нравственной деформации в круговую поруку: «своих не сдаём». Напомним, что принцип коллективизма и товарищества имеет свою основу в безусловной преданности каждого сотрудника служебному долгу и высшему нравственному смыслу службы. Вовсе не формальная принадлежность к числу сотрудников полиции, а действительное служение закону и народу дает право рассчитывать на понимание и поддержку товарищей по службе. Сотрудник, отступающий от требований служебного долга, от нравственных принципов и обязанностей, связанных со службой, теряет такое право.

Профессиональная нравственная деформация личности сотрудника органов внутренних дел выражается и в чувстве своей непогрешимости и вседозволенности, в стремлении к подавлению воли другого человека. Дело ведь в том, что деятельность сотрудника органов внутренних дел совершается от имени власти и связана с применением власти. Это несет в себе серьезную опасность. Упоение властью деформирует личность не меньше, чем пьянство. Необходимо всегда помнить, что власть, данная тебе, не является твоим личным достоянием, личной заслугой, личной привилегией, возвышающей тебя над другими людьми. Власть и связанные с ней права даются для исполнения служебных обязанностей. Если применение власти каким бы то ни было образом выходит за эти рамки исполнения служебных обязанностей, оно делается преступным. Пользование властью представляет для человека нравственный соблазн: как говорится, «власть портит», «власть развращает». Такое воздействие власть оказывает на всех, но этому воздействию можно и нужно противостоять. Основой этого противостояния является восприятие своей власти как служения людям: властные полномочия по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности – это служение обществу, власть над подчиненным – это тоже служение, выражающееся в том, чтобы решать необходимые вопросы и обеспечивать необходимые условия для успешной служебной деятельности подчиненного

Как уже было сказано, тяжелые условия службы и постоянное соприкосновение с «изнанкой жизни» часто приводит просто к «моральной усталости», которая выражается в болезненной подозрительности и недоверии ко всем людям, в утрате чувствительности к человеческой беде, в равнодушии к горю. Обилие негатива, с которым приходится иметь дело способно деформировать восприятие в целом жизни и окружающих людей. В зависимости от темперамента и других личностных особенностей сотрудника деформация может выражаться либо в болезненной подозрительности, настороженности, враждебной предубежденности по отношению ко всем окружающим, либо в равнодушии, потере способности сопереживать людям, притуплении всех чувств. Человеку, прежде всего, самому необходимо сознавать опасность таких деформаций и сопротивляться им, понуждая себя не фиксировать внимание на негативе, а видеть мир более объемно и широко, сохраняя живое чувство причастности личной и общественной жизни к фундаментальным нравственным ценностям.

Моральная усталость порождает также равнодушие к процессу и результатам служебной деятельности, пренебрежение требованиями служебной дисциплины, так называемые «двойные стандарты». От долгого опыта соприкосновения с негативными сторонами жизни у человека может возникать ощущение, что все усилия по обеспечению правопорядка бесплодны, ведь «сколько преступников ни лови, их меньше не становится». Тем более, что вместо благодарности за свою тяжелую работу сотрудники полиции порой встречают со стороны простых граждан только претензии и неприязненное отношение.

Размывание нравственных основ службы начинается с мысли: «Если кому-то можно, почему мне нельзя?», – а заканчивается утверждением: «Это вам всем нельзя, а мне можно!» Уже в самом зародыше этих рассуждений заключена ложь: из того, что кто-то нарушает нормы нравственного и юридического закона, вовсе не следует, что это делать можно. Человек способен нарушать нравственные нормы, и он всегда нарушает их в большей или меньшей степени, но в том и состоит суть нравственного сознания человека, что оно однозначно и общезначимо определяет должный порядок жизни, противопоставляя этот порядок недолжному, недостойному. Сотрудник органов внутренних дел призван в процессе своей службы утверждать и поддерживать этот должный порядок жизни, установленный законом и основанный на нравственных ценностях и принципах. Поэтому так важно для него ясно сознавать безусловную значимость нравственных норм. Так называемые «двойные стандарты» представляют собой крайнюю степень нравственной деформации, поскольку отрицают наличие единого и безусловного нравственного эталона, – если каждый меряет добро и зло «на свой аршин», это означает полное извращение смысла нравственности.

Измена нравственным принципам неизбежно отражается и на психологии человека, его душа мельчает, интересы сужаются, жизнь опошляется. Мелочность, мелкая душа, измельчавший человек, сам себя превративший в ничтожество, – это самая точная характеристика такой нравственно деформированной личности. Человек оказывается замкнут в своём индивидуализме и эгоизме, и это означает, что весь огромный мир сжимается для него до размеров его маленького мирка. Всё, что не касается его прямо, для него не существует, ничто великое и общезначимое не может пробиться через эту скорлупу эгоизма. А именно великие мысли и чувства, общезначимые ценности являются основой здоровых нравственных отношений между людьми. В отсутствии этой основы возникает и углубляется отчуждение человека от окружающих, «обида на весь мир», отношения с людьми становятся недоброжелательными, конфликтными, завистливыми.

Неудивительно, что профессиональная нравственная деформация очень часто сопровождается проникновением элементов криминальной субкультуры в служебную деятельность и бытовое поведение сотрудника.

Психологический закон, выражаемый поговоркой «С кем поведешься, от того и наберешься», имеет реальную силу. При этом сначала перенимаются внешние признаки поведения, а затем – и более существенные ценностные и мировоззренческие установки. Именно вследствие этого опасно казалось бы безобидное увлечение криминальной эстетикой, выраженной в «блатных» песнях, воровском жаргоне, кинобоевиках. Элементы криминальной субкультуры в силу многих причин глубоко проникли в массовое сознание, стали составной частью массовой культуры современности, – этот факт характеризует наше время как эпоху нравственного упадка. Сотрудники правоохранительных органов, призванные в силу своих служебных обязанностей противостоять криминальным проявлениям, должны поэтому противостоять и влиянию криминальной субкультуры на свое мировоззрение. Тем более, недопустимо проникновение элементов криминальной субкультуры в служебную деятельность.

В конечном счете профессиональная нравственная деформация ведет к деградации личности во всех отношениях, – и в социальном, и в нравственном, и в интеллектуальном, и в эстетическом. Даже если такой человек занимает высокое положение в обществе, его социальная и личностная деградация выражается в том отчуждении от окружающих, о котором говорилось выше, – человек теряет возможность по-настоящему здоровых, нравственно чистых отношений с людьми, теряет высокий человеческий смысл жизни, теряет вообще высокие ориентиры и ценности, а потому его жизнь обращается к низменным и грубым интересам. За свое внешнее благополучие безнравственный человек расплачивается по самой высокой цене: многое у него есть, только счастья нет и жить не хочется. Именно эту внутреннюю пустоту он безуспешно пытается заглушить алкоголем и грубыми развлечениями.

Основой противодействия профессиональной нравственной деформации является идейная зрелость и устойчивость сотрудников, их сознательная верность основополагающим профессионально-нравственным ценностям и принципам службы. Кроме того, важна также и эмоционально-психологическая составляющая, моральный климат в коллективе. На основе общего служения общим целям должны формироваться и психологическая близость между коллегами, и дух здорового товарищества. Необходимо, прежде всего, знание признаков и проявлений нравственной деформации личности, о которым говорилось выше. Негативные проявления и последствия «моральной усталости» были названы точными адекватными словами, чтобы их нравственная сущность была выявлена, квалифицирована и должным образом оценена.

Большое значение в профилактике профессиональной нравственной деформации сотрудников имеют и психологический аспект, и художественно-эстетический фактор. Разлагающему воздействию массовой культуры и криминальной субкультуры должна быть противопоставлена воспитательная работа, культивирующая высокие духовно-нравственные, профессионально-служебные и эстетические ценности. Определенный профилактический и психотерапевтический эффект имеет и правильно организованный отдых, позволяющий снять напряжение, переключить внимание, окунуться в иной стиль и ритм жизни. Заменить целенаправленной работы по укреплению здоровых мировоззренческих ориентаций никакой отдых не может, но он необходим для поддержания и восстановления психологической устойчивости, позитивного эмоционального фона, которые обеспечивают возможность успешной воспитательной работы.

ДАЛЕЕ

Если Вы заметили какие-то погрешности в тексте, опечатки,

если Вас заинтересовала какая-то тема или конкретная статья, напишите пожалуйста.

Я буду благодарен Вам за отзыв по любым содержательным или техническим вопросам.

С уважением

Автор